Почему суд в Амстердаме арестовал имущество Gazprom Neft Middle East?
Арест имущества Gazprom Neft Middle East в Амстердаме. Окружной суд в Амстердаме наложил арест на имущество нидерландской компании Gazprom Neft Middle East (GNME), через которую «Газпром нефть» вела проекты в Иракском Курдистане. Ходатайство подавала инвестиционная фирма Alcazar Capital Partners (Каймановы острова) в обеспечительной мере по делу о задолженности курдского правительства перед ней. Истец считает, что GNME может владеть имуществом, принадлежащим Курдистану. Alcazar — дочерняя структура кувейтской компании Agility, работающей в логистике, строительстве складов, цифровизации таможенных процессов и управлении отходами. Спор связан с кредитом в $250 млн, который Alcazar в 2007 году выдала компании Korek Telecom для уплаты сборов регулятору телеком-рынка; правительство Курдистана выступило гарантом по этому займу, но при невыплате Korek отказалось погашать долг по гарантии. Через GNME «Газпром нефть» участвовала в нескольких проектах в Курдистане. В 2012 году GNME подписала с региональными властями соглашение о разделе продукции по блоку Garmian: 40% у GNME, 40% — у WesternZagros (Канада) и 20% — у правительства Курдистана. В 2016 году GNME стала оператором этого блока. В 2021 году Alcazar обратилась в кувейтский суд с требованием взыскать с Курдистана $490 млн (с учётом процентов). Первое решение было отклонено из‑за отсутствия доказательств перечисления средств Korek, однако апелляция в 2022 году и кассация в январе 2024-го встали на сторону Alcazar. Торговый суд в Эрбиле в мае 2024 года, по просьбе Курдистана, запретил Alcazar требовать исполнения гарантии на территории региона. После этого Alcazar стала добиваться признания кувейтских решений за рубежом, в том числе в Нидерландах, и в ноябре 2024 года подала заявление об обеспечительном аресте активов курдского правительства, которые могут находиться у третьих лиц, включая GNME. Согласно материалам, на тот момент Курдистан задолжал GNME $117 млн. Суд ввёл арест на все права требования и движимое имущество, которыми GNME владеет в интересах Курдистана или которые могут быть ему причитаны. В декабре исполнитель оставил распоряжение об аресте по адресу, указанному в торговом реестре Нидерландов; документ требовал от компании в течение двух недель представить «заявление третьей стороны» с указанием арестованных активов. GNME в установленный срок не подала такое заявление. В январе 2025 года исполнитель вручил постановление по адресу проживания одного из должностных лиц GNME. Позже юрист компании направил электронное письмо, в котором GNME заявила, что не признаёт наличия у себя обязательств, поскольку, по её мнению, постановление не было надлежащим образом вручено. Параллельно Alcazar в конце января подала иск в амстердамский суд о признании и исполнении кувейтского решения в Нидерландах. 27 марта GNME письменно заявила суду, что не владеет финансовыми или материальными активами вне Курдистана и держит средства исключительно на счетах в Курдистане и России. 1 апреля компания уточнила, что не выплачивает Курдистану сумм по СРП: любые причитающиеся власти суммы автоматически засчитываются в счёт задолженности региона перед GNME по поставкам сырой нефти. По документам, задолженность Курдистана перед GNME тогда составляла $117 млн, а ежегодные выплаты по СРП не превышали $5 млн. Alcazar потребовала от суда обязать GNME под угрозой штрафа представить «заявление третьей стороны» и документы, раскрывающие арестованные активы, а также документы, подтверждающие платежи GNME правительству Курдистана или третьим лицам в его интересах. GNME просила отклонить требования как необоснованные: компания утверждала, что не получала верного уведомления об аресте и не имеет запрашиваемых документов, поскольку перечислений в пользу Курдистана не производила, кроме взаимозачётов. Суд отверг доводы GNME и обязал предоставить «заявление третьей стороны» с нужными документами. Суд посчитал, что зафиксированный в торговом реестре адрес определяет место вручения, а неактуальность регистрационных данных не должна препятствовать защите интересов истца. Также суд отметил, что утверждение о взаимозачёте не освобождает GNME от обязанности раскрыть документы: без них невозможно проверить, остаются ли реально какие‑то средства, подлежащие взысканию. Судебные приказы о раскрытии активов — распространённый инструмент в международной практике: истцы используют их для получения информации, скрытой банковской тайной или недоступной иначе. Такой приказ помогает обнаружить активы и оказывать давление на владельца в разных юрисдикциях, но путь к исполнению решений в других странах может оказаться долгим и сложным. Если суд установит, что GNME держит активы в интересах Курдистана, Alcazar сможет претендовать на них; если же активов в Нидерландах не найдут, иск придётся исполнять в других юрисдикциях. По делу направлены запросы в «Газпром нефть», адвокатам GNME и Alcazar, а также в правительство Курдистана и Agility; ответы ожидались от участников процесса. [Больше новостей находятся в нашем мобильном приложении MONDIARA](https://mondiara.com/) Скачайте бесплатное приложение в [App Store](https://apps.apple.com/ru/app/m-o-n-d-i-a-r-a/id6475953453) или [Google Play](https://play.google.com/store/apps/details?id=com.mondiara.app) Источник: www.vedomosti.ru
Пост взят с международного финтех-медиа ресурса
ДЛЯ ЛЮДЕЙ